сели, чувствуя некоторую напряженность.
— Лейтенант, готовы сразу перейти к делу? — спросила Борисовна.
— Да, мэм, — ответил Ленг и, немного поколебавшись, добавил: — Правда, меня не ввели в курс дела заранее и сюда доставили безо всяких объяснений.
— И вы удивлены, что флагманский офицер лично дает вам задание. Это необычная операция, лейтенант. Ничего подобного прежде не осуществлялось. Вложены огромные средства, а потери в случае неудачи просто неисчислимы. Вероятность утечки секретной информации небольшая, но чем меньше людей будут посвящены в детали, тем надежнее. Я собираюсь лично руководить операцией от начала до конца. Но сначала мне нужно убедиться, что вы подходите для этого задания. В вашем досье есть некоторые неясности.
— Мэм, никто никогда не ставил под сомнение мою лояльность, — возмутился Лент.
— Пока не было повода. Командировки ваши были самыми обычными, в боевых вылетах вы не участвовали, почти все время проводили на планете номер три, изучая ее первобытный мир. — Голос ее немного смягчился. — Я знаю, там были свои опасности, и в чрезвычайных обстоятельствах вы вели себя достойно. Никто и не собирается бросать тень на вашу репутацию. Напротив, судя по психологическому портрету, вы человек с повышенным чувством долга. Мы просто хотим знать границы ваших возможностей. Операция должна быть успешно завершена. Второй попытки нам никто не даст.
— Мэм, могу я кое-что добавить? — спросил Маклорен. И после ее утвердительного кивка продолжил: — Именно ваши способности нам нужны, Ленг, ваше умение быстро сориентироваться в ситуации, оценить, принять решение и действовать. В каком-то смысле это задание для смертника. Но лично вам ничто не угрожает, так что отбросьте всякие страхи и сосредоточьтесь на технических вопросах.
От догадки у Ленга холодок пробежал по спине.
— Вы собираетесь сделать пересадку памяти?
— Ну, это все из области сенсаций, — вмешался Маклорен. — На самом деле…
— Подождите, — перебила его Дерябина, — давайте-ка по порядку. Что вам известно о боевой ситуации в этом районе, лейтенант?
Ленг напряг память:
— Ну, мэм, мы… то есть вы… заперли халиан на Кристине… на планете три.
— И это все? — спросила она презрительно. Я думала, вы больше интересуетесь планетой, которой отдали столько сил и времени.
— Видите ли, мэм, — ответил Ленг, едва сдерживая гнев, — халиане пришли без всякого объявления войны, свалились как снег на голову. Эвакуация с планеты номер три производилась в страшной суматохе. Мы с женой сели на разные корабли и оказались в разных солнечных системах. Потом с трудом установили местонахождение друг друга, я уж не говорю о том, сколько усилий потребовалось, чтобы встретиться. Ну а дальше — водоворот повседневных дел, обустройство дома, поиск работы и прочее. В то время все новости были заполнены сообщениями о военной кампании в районе Цели. Мы довольствовались лишь отрывочными слухами о Третьей Григорианской. А потом со мной связались, зачислили в действующую армию и немедленно доставили сюда. Во время полета члены экипажа соблюдали приказ секретности. Они не понимали его смысла, но нарушить не смели. Стоило заговорить о боевых операциях, как они начинали вести себя так, словно воды в рот набрали.
Ленг удивился, с каким терпением Дерябина выслушала его.
— Теперь все понятно, — произнесла она наконец. — Дело не в вашем безразличии. Ну, а ситуацию можно обрисовать просто. Халиане прибыли сюда хорошо подготовленными, но их запасы и оборудование были предназначены скорее для строительства, чем для сражений. Их боевые корабли обладали достаточной мощью для отражения наших первых контратак, и мы вначале не распознали в их действиях большой угрозы, полагая, что какое-то время они будут совершать отдельные диверсионные вылазки, чтобы досадить нам. Считая халиан заурядными пиратами, Альянс катастрофически их недооценивал. И они утерли нам нос, продемонстрировав, как далеко простираются их планы.
Хорошо еще, что один разведывательный корабль сумел вовремя произвести аэросъемку планеты три и благополучно вернуться на базу. Таким образом, мы узнали, что халиане построили там мощный,