ни в коем случае не позволять зверюге вцепиться в горло. Он вжался в землю и ползком, бесшумно стал продвигаться к кораблю. Халианец флегматично вышагивал вокруг корабля, осматривая окрестности. Полный круг он совершал примерно за две минуты и при этом на сорок пять секунд скрывался из поля зрения Отлинда за корпусом корабля. По его прикидкам, до корабля можно было добраться только за четыре броска, и в этом случае любая оплошность будет стоить ему жизни. Бежать к своему кораблю за тяжелым оружием было уже поздно; в его распоряжении имелось только небольшое игольчатое ружье, правда заряженное; нож с длинным лезвием да небольшой пакетик с солью. Игольчатых ружей у халианцев не было — такого уровня развития техники они еще не достигли. Отлинду очень нравилось его небольшое, компактное ружье. На любом расстоянии вплоть до тридцати метров оно практически без промаха поражало цель миниатюрными «суперпулями»с разрывным зарядом — детонатор срабатывал лишь в том случае, если пуля проникала в мягкое вещество, наподобие тканей человеческого тела. Те заряды, которые не попали в цель, просто падали на землю, хотя и могли оторвать руку любому, кто попытался бы поднять их с земли, предварительно не обезвредив. Отлинд видел однажды их в действии — как будто огромная плазменная пушка уничтожила половину бронетранспортера. Он допускал, что они пока что несовершенны, но они по-прежнему были очень удобны в бою на поверхности планет. Обязанные своим появлением толстым противоударным буферам кораблей — так называемому «мягкому слою», в дальнейшем они взяли на вооружение десантные части. Действовали они исключительно эффективно.
Патрик предполагал незаметно подползти достаточно близко к кораблю и открыть огонь. Игольчатое ружье стреляло практически бесшумно, и даже на небольшом расстоянии звук выстрела можно было принять за порыв ветра. Отлинд полагал, что если действовать внезапно, ему удастся выстрелить второй раз, если первый выстрел не попадет в цель. Укрыться на поляне было практически негде, и он втайне надеялся, что уставший пират с гораздо большим вниманием будет следить за кромкой удаленного леса, чем за редкими пучками травы на поляне. Уткнувшись в жесткую траву, Отлинд вытащил из ножен кинжал и приготовился к первой перебежке.
После четвертого броска он оказался достаточно близко к цели. Как «только часовой обогнул вертикально стоящий киль космического корабля, Отлинд быстро прицелился и выстрелил… и промахнулся — с громким звоном заряд ударился в стабилизатор. Пират завертелся волчком, дал длинную очередь в том направлении, откуда прилетела пуля. Отлинд вжался в траву и замер. Эта тварь двигалась невероятно быстро и не прошло и секунды, как он оказался прямо перед ним. Отлинд приготовился выстрелить, но хорек не дал ему этого шанса. Заметив легкое шевеление в траве, он ринулся во всю прыть. Отлинд успел только схватить кинжал и приготовиться встретить противника.
Крепко сжав рукоятку, Патрик выставил длинный нож прямо перед собой. Пират оскалил зубы и ринулся в бой. Он яростно рычал, с клыков капала слюна. Как дикий зверь, халианец подбирался к горлу врага. Они сцепились и покатились по траве. Патрик подмял хорька — тот оказался неожиданно легким, — придавил коленом к земле и всадил нож в дергающееся тело. Хорек всеми четырьмя лапами брыкался и царапался, но когти бессильно соскальзывали с гладкого полетного костюма, но ему все-таки удалось расцарапать Отлинду шею. Резко оттолкнув пирата, он нанес еще один удар кинжалом.
Удар ножа пришелся в грудь. Лезвие попало в ремень и легко разорвало его. Халианец зашипел, с ненавистью глядя в глаза Отлинду, и резко перевернулся, уперевшись задними лапами в землю. Изловчившись, он отшвырнул Отлинда, и тот рухнул на колени. В тот же миг халианец оказался на нем и схватил за шею, явно намереваясь впиться зубами в вену. Отленд попытался закрыться от противника; пригнул голову, сгруппировался, заученным движением перебросил хорька через себя и оказался сверху. Игольчатое ружье выскользнуло из кобуры и откатилось далеко в траву. Улучив удобный момент, он полоснул ножом по морде хорька, и коричневая