засовы на конюшенной двери. Дрей, проведя с Мейсом целых семь дней, Должно быть, полностью подпал под влияние Волка. Вошел в его стаю. Ничто не сближает людей так, как общая опасность, а Мейс сам попросил Дрея сопровождать его на земли Дхуна.
Звук, отдаленно напоминающий смех, вырвался у Райфа из горла. Приблизив к себе одного брата, Мейс в то же время сделал все от него зависящее, чтобы отправить другого в дозор на запад. Западная застава стоит в сотне лиг от круглого дома, в холодной синей тени Прибрежного Кряжа, и сидят там старые кланники, которые день-деньской ловят рыбу, охотятся на коз, курят вереск да распевают старые песни о том, как Айан Черный Град убил последнего Дхунского короля — так они проводят остаток своих дней.
Помешал этому Шор Гормалин. «Я возьму парня с собой в Гнаш, — сказал он. — Говорят, он ловко управляется с луком, а в такие времена ни одна пара умелых рук не бывает лишней. Я присмотрю за тем, чтобы он не отстал от других».
Никто, даже Мейс Черный Град, не посмел бы спорить с самым уважаемым воином клана, и Райф оказался в числе десяти человек, выехавших на разведку в Гнаш.
Трудными были эти семь дней. Они ехали днем и ночью. Под одним из всадников пала лошадь, а всех остальных они сменили в печном доме Даффа на полдороге. На обратном пути они забрали своих коней назад. Шор Гормалин не торопил их, никого не понукал сесть на коня поутру, не выпив черного пива и не поев хлеба с салом, но все они заразились от него нетерпеливым желанием поскорее вернуться домой. Райф не раз спрашивал себя, не из-за Мейса ли Шор так спешит вернуться в круглый дом. Если так, то маленький белокурый воин опоздал на полдня.
Задвинув последний железный болт, Райф поднял капюшон и приготовился пробежаться до круглого дома. Откладывать больше нельзя. Конь вычищен, накормлен, и его, Райфа, присутствие может оказаться необходимым. Пришло время еще раз встретиться с Мейсом лицом к лицу.
На дворе было тихо и морозно. Райф мигом домчался до дубовой просмоленной двери круглого дома, прокричал через нее свое имя и был впущен в тепло и свет больших сеней.
Внутри было людно и шумно. Подданные клана стояли кучками повсюду, загораживая лестницы и проходы. Одетые в дубленую кожу и домотканую шерсть, они вслух высказывали беспокойство о своем урожае, овцах, детях и будущем. Райф никогда еще не видел в круглом доме столько издольщиков разом, даже в самый разгар зимы. Кто бы ни созвал их сюда с дальних земель клана, он потрудился на славу. Райф не знал по именам добрую треть тех, кого встречал на пути.
Кланники и новики попадались ему в меньшем количестве, но это еще ничего не означало. Мейс, вероятно, собирает их всех в Большом Очаге.
— Райф, иди сюда!
Райф узнал голос брата еще до того, как увидел его. Встав на каменную приступку, он взглянул поверх голов людей, толпившихся у входа. Он собирался держать себя с братом холодно, но, увидев у дальней стены Дрея, еще покрытого дорожной грязью и заросшего семидневной щетиной, вздохнул с облегчением. Хорошо, что Дрей дома. Вид у него усталый. В свалявшейся косе застряла лисья шерсть, цепи молотобойца на панцире из вареной кожи совсем почернели от копоти. В остальном, если не считать покрасневшего носа, он нисколько не изменился.
Дрей дождался брата, не покидая своего места, и они обменялись крепким рукопожатием.
— Ты уже видел Эффи? — первым делом спросил Райф.
— Нет, но другие видели. Она была в Старом лесу с Рейной, и Анвин видела, как она вернулась. Говорит, что Эффи была тихая, как мышка, и сразу убежала в свою каморку.
Райф кивнул, и оба надолго умолкли.
— Вы все вернулись благополучно? — нарушил молчание Дрей.
— Да. Круглый дом Гнаша битком набит дхунитами. Все, кто бежал при взятии дома Дхуна или отсутствовал в ту ночь, собираются к старой крепостной стене. — Говоря это, Райф заметил, что Дрей смотрит на лестницу, ведущую к Большому Очагу. — У нас опять собрание? — посуровевшим голосом спросил он.
Дрей опустил глаза.
Райф, прежде чем заговорить снова, постарался побороть гнев.
— И когда же ты собирался сказать мне о нем, Дрей? Когда оно закончится?
— Нет. Все не так,